Дональд Трамп превратил спор вокруг экспорта российского топлива в прямой вызов политическому руководству Украины, обвинив Владимира Зеленского в затягивании войны и угрозе ценам на американское топливо.

Трамп заявляет, что Зеленский неоднократно отвергал возможности положить конец конфликту и должен быть заменён на «нового лидера, который сможет заключить сделку».¹ Его аргумент связывает два вопроса, которые Киев и его союзники рассматривают отдельно: переговоры о войне и атаки Украины на российскую нефтяную инфраструктуру. Трамп призвал Зеленского прекратить удары по нефтеперерабатывающим заводам, заявив, что эти атаки создают проблемы для американских фермеров и владельцев ранчо, усугубляя дефицит дизельного топлива.¹

Ответ Украины носит одновременно конституционный и стратегический характер. Министр иностранных дел Андрей Сибига заявил, что Зеленский «пользуется поддержкой украинского народа, и народ имеет право решать», добавив, что критика из-за рубежа лишь подтверждает: он выполняет свою работу.² Тем временем Зеленский осудил соглашение Трампа с Москвой по дизельному топливу как экономическую опору для России, заявив, что дополнительные доходы от энергетики помогут финансировать производство оружия и продлевать войну.²

Европейские правительства в основном разделяют обеспокоенность Киева. Германия заявила, что поддержка Украины остаётся твёрдой, и выступила за дальнейшие санкции, тогда как Швеция предупредила, что доходы от энергетики имеют ключевое значение для военных усилий России.³ Время этих заявлений лишь усилило критику: по сообщениям, российские удары убили в Запорожье как минимум 20 человек, включая троих детей, в то время как Вашингтон предпринял шаги для смягчения ограничений на экспорт российского дизельного топлива.³

Москва, напротив, приветствовала вмешательство Трампа. Посланник Кремля Кирилл Дмитриев назвал призыв к смене украинского руководства «историческим», представив его как свидетельство того, что Вашингтон теперь отдаёт предпочтение лидерам, сосредоточенным на мире.⁴ Таким образом, главный раскол заключается не в том, желательно ли урегулирование, а в том, кто несёт ответственность за войну — и является ли путь к её прекращению давлением на Киев или на Москву.